Архив новостей

Май 2020
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
« Апр    
 123
45678910
11121314151617
18192021222324
25262728293031

Наши баннеры

Баннерообмен:

Правила комментирования

Присоединяйтесь к нам:

Участие общественности в экомониторинге компании «Шелл» пока сильно преувеличено

6 сентября в селе Веселое Первомайского района состоялся отбор проб воды для начала экомониторинга территории, где планируется задействовать технологию «фрекинга» (или, что то же самое, гидроразрыва пласта) для добычи газа. Сам по себе фрекинг — метод экологически рискованный, во многих странах его применение существенно ограничено, а в некоторых — и вовсе запрещено. Компания «Шелл» публично объявила об участии общественности в отборе проб начинающегося мониторинга. Увы, переход от слов к делу пока не получился гладким.

Дальше пойдет сочинение на тему, сходную с тем, что мы все писали в школе по шаблону «как я провел лето». С той только разницей, что будет оно озаглавлено чем-то вроде «как бездарно я провел день 6 сентября». Однако, обо всем по порядку.

Несколько месяцев назад по инициативе компании «Шелл» состоялась серия встреч между экологической и научной общественностью Харьковщины и представителями этой газо- и нефтедобывающей международной фирмы. На встречах обсуждались самые различные вопросы, один из которых касался возможностей контроля со стороны общественности за деятельностью кампании по применению метода фрекинга в Украине, в частности, на территории Харьковской и Донецкой областей. На этих встречах выяснилось, что первая скважина, которую планируется «тряхнуть» гидроразрывом расположена у села Веселое Первомайского района. Тогда же обеими сторонами была высказана идея о том, что неплохо было бы экологической общественности принять участие а) в предварительной оценке экологического состояния данной территории, б) в постоянном наблюдении за данной территорией в ходе реализации проекта и после его окончания.

В начале июля этого года компания «Шелл» обратилась к участникам прошедших ранее встреч с просьбой о создании списка конкретных специалистов и общественных деятелей, которые собираются принимать участие в данной работе (разумеется, на общественных началах и, разумеется, в качестве наблюдателей). Встреча с представителями компании «Шелл», посвященная вопросу общественного контроля, произошла у представителей экологической общественности Харькова 18 июля в помещении нанятого компанией пи-ар агентства «Острогляд». На этой встрече представители компании «Шелл» сообщили о том, что они хотят провести предварительную оценку состояния грунтовых вод в окрестностях будущей скважины, а также последующий мониторинг совместно с экологической общественностью. На этой встрече представителями ХООО «Зеленый фронт» были высказаны следующие пожелания: а) провести анализ не только подземных, но и поверхностных вод (впоследствии учтено), б) провести для участников наблюдения и представителей организаций, которые будут проводить мониторинг, предварительную встречу для согласования действий (проигнорировано полностью).

Нами вопрос контроля за отбором проб был обсужден с представителями различных общественных организаций Харькова и области и составлен список из 6 человек, каждый из которых высказал желание участвовать в этой работе, обладал достаточным количеством знаний, навыков и опыта для качественного контроля за отбором проб и был делегирован общественной организацией или инициативной группой. Предварительно речь шла о четырех наблюдателях. Такое же количество, по словам собеседников из «Шелл» компания собиралась включить из общественной организации «Печенеги» и от Общественного совета при Государственном управлении охраны окружающей природной среды в Харьковской области. Впоследствии представители компании «Шелл» сказали, что список кандидатов на роль наблюдателей от ХООО «Зеленый фронт» слишком велик, так как большинство скважин, которые планируется обследовать, находятся на территории частных домовладений и хозяева могут возражать против присутствия в их дворах столь огромного количества посторонних. Я же попросил не сокращать список, мотивируя просьбу тем, что а) все включенные в него общественные активисты совмещают свою экологическую деятельность с работой, б) люди время от времени болеют и потому может возникнуть необходимость подмены участников мониторинга, в) не обязательно, чтобы все участники наблюдений проходили внутрь частных дворов, они могут выполнять другие функции (например, следить за маркировкой отобранных проб, участвовать в их опечатывании и т.д.). Компания «Шелл» пошла навстречу в этом вопросе и список из 6 человек, предоставленный «Зеленым фронтом» был утвержден.

Однако, за несколько дней до первого обследования грунтовых и поверхностных вод, было сообщено, что лишь один представитель от ХООО «Зеленый фронт» сможет принять участие в наблюдении за взятием проб. Собеседники из компании мотивировали это тем, что в «машине мало места, а еще с нами едет представитель Общественного совета при ГУООПР в Харьковской области». На вопрос о том, когда и где состоится предварительная встреча с непосредственными исполнителями отбора проб, согласование места отбора проб и методик этих процедур, мы получили ответ: «Там, на месте».

Дальше буду цитировать свои протоколы:

9.07. — Выезд из Харькова, от улицы Сумской.

По пути знакомлюсь со вторым представителем общественности — активистом Всеукраинской экологической лиги Татьяной Сергеевной Берюшевой. Она, как и я, не имеет никакой предварительной информации о методиках, которые будут применяться и логикой выбора мест для отбора проб, а также о том, на какие именно параметры будет анализироваться собранная вода.

11.00 — Въезд на территорию села Веселое.

11.00 — въезжаем в село — в Село Веселое, Первомайский район, Харьковская область.

Узнаем, что первая группа проб уже в процессе взятия. Анализы параллельно будут проводить две лаборатории: Харьковской областной санитарно-эпидемиологической станции и британской фирмы «AECOM» (русск. танскрипция «АИКОМ»), которая нанята компанией «Шелл» для подготовки проекта ОВОС, проведения мониторинга и обеспечения экологической безопасности. А наблюдает за отбором проб (и намечает места для их взятия) команда гидрогеологов под руководством Евгения Яковлева (бывший главный гидрогеолог Украины, а ныне главный научный сотрудник Института телекоммуникаций и глобального информационного пространства НАНУ). Также в отборе проб участвуют представители компании «Шелл» и ПР-агентства «Острогляд». Заходим во двор семьи, колодец которых стал объектом интереса столь разношерстной делегации. У гидрогеологов узнаем, что данный колодец на 4 километра удален от будущей скважины (проверить это утверждение мы не можем, потому что к самой скважине нас не везут, это придется, видимо, выяснять отдельно и самостоятельно), а также на 6 метров выше уровня ее площадки (топографических карт на месте не оказалось, лишь контурная на планшетнике англичанина).

Пока село живет полноценной жизнью. Что будет через год — остается только гадать.

На наших глазах церемония отбора проб продолжается еще 31 минуту. Если кто знает, анализы питьевой воды проводятся по строгим регламентам, ограничивающим время от забора воды до начала ее анализа. Это время строго связано с температурой окружающего воздуха — чем жарче, тем быстрее нужно исследовать отобранные образцы. По ходу дела (пока мы все неторопливо перебираемся к соседнему двору) задаю представителям санстанции простой вопрос: сколько проб они собираются отобрать. Слышу бодрый ответ: 14. Предлагаю заняться простой математикой: полчаса на пробу равно… семь часов. А по нормативам сроки должны быть совсем другими.

СЭС проводит отбор проб

Итак, поговорим о нормативах. Пункт 3 «Методичних вказівок «Санітарно-вірусологічний контроль водних об’єктів»» (утвержден Приказом Минздрава Украины от 30.05.2007  N284) гласит: «Термін  доставки матеріалу в лабораторію повинен не перевищувати 6 годин з  моменту його відбору». ГОСТ 18963-73 «Вода питьевая. Методы санитарно-бактериологического анализа» дают пробе право «прожить» до анализа 2 часа, а в случае хранения при температуре от 1 до 5 градусов Цельсия — 6 часов, причем при транспортировке следует «избегать резких толчков, которые могут привести к намоканию пробок». Также существует «ДСТУ ISO 5667-2-2003 Якість води. Відбір проб. Частина 2. Настанови щодо методів відбирання проб (ISO 5667-2:1991, IDT)» и ряд других нормативных актов. Таким образом, приходим к следующему выводу: отобранные пробы следует доставить в лабораторию при температуре около 20 градусов Цельсия выше нуля в течение 4 часов при отсутствии систем охлаждения (что мы видим в машинах санстанции, запечатленных на фото).

Пробы в машине СЭС

Во время забора проб сотрудники санстанции не вполне выполняли требования и других известных нам нормативов, а именно в тех дворах, где скважина была снабжена электронасосами, не спускали воду из крана в течение 15 минут, не промывали не менее двух раз емкости для забора воды (кроме колб, предназначенных для определения микробиологических показателей, там это запрещено) водой, пробы которой берутся, не набирали 5-литровые емкости для анализа полностью, чтобы потом слить часть воды, дабы под пробкой образовался слой воздуха 5-10 кубических сантиметров.

Колодец

Однако, так как сотрудники санстанции заранее не сообщили, какие именно анализы они собираются проводить и какие емкости для проведения каких именно исследований ими берутся, точно определить, какие из анализов были взяты с нарушением методических указаний и требований стандартов, не представляется возможным. На замечания, которые автор этих строк пытался делать представителям санстанции, получен следующий ответ: «Вы кто? А я уже 30 лет работаю санитарным врачом!» После замечания о времени жизни проб, сотрудники санстанции стали «сильно торопиться» и не смогли выкроить время для общения с общественниками. При заборе воды из колодцев и открытых источников не использовались рекомендуемые стандартами батометры или бутыли — набирали ведрами, причем не всегда даже визуально чистыми.

Саймон Лидделл (фирма "АИКОМ") отбирает пробы с помощью красного ведерка

Параллельный отбор анализов британским подданным Саймоном Лидделлом и его командой также нельзя считать согласованным с общественностью. Во-первых, Саймон сообщил, что собирается взять не 14, а 6 проб, часть из которых будут идти «внахлест» с санстанцией для, так сказать, взаимного контроля двух лабораторий. Однако принцип отбора мест для взятия проб и в этом случае остался для общественности «тайной за семью печатями», причем никакого способа повлиять на его ход у нас не было, например, просьбы «возьмите анализ из этого пруда» вызывал у окружающих вялую реакцию: «у нас уже составлена программа отбора проб, извините». Англичанин честно трижды промывал ведро, с помощью которого он набирал воду из колодцев и скважин, заботился и о гигиене ковшика. А вот бутылочки, в которые он наливал пробы, не промывал вообще. Когда я сообщил ему, что в украинских стандартах есть требование о промывке емкостей для содержания проб по целому ряду показателей, он отмахнулся, мол, поставщики бутылочек гарантируют, что анализ будет точен и без промывания. Может, это и правда. Но так как с нами заранее этот вопрос не обсуждался, сказать наверняка сложно. Так же как и отметить, соответствует ли это требованиям украинских стандартов, лондонских нормативов и т.д. Еще одна «вольность» — пробы после отбора помещались в специальные емкости со льдом. Саймон говорит, что в этих ящиках поддерживается постоянная температура +4 градуса Цельсия. Возможно, это и так. Также он сообщил, что сразу после забора проб собирается садиться в машину, мчать в аэропорт, лететь в Лондон, чтобы успеть до граничного срока анализа проб. Проверить, успел мистер Лидделл в лондонскую лабораторию до «прокисания» образцов или нет, увы, мы не можем. Как и сказать, предусматривает ли методика работы его лаборатории хранение проб при температуре +4 градуса Цельсия в течение столь длительного влемени.

Саймон разрешил сфотографировать свою карту

Здесь кто-то скажет, что, мол, мы, общественники, придираемся. Мол, делается доброе и хорошее дело — местным жителям впервые (причем бесплатно) расскажут о воде, которую они пьют, может, предотвратят их отравление и так далее. Но господа! Разве не этим уже столько раз занимались мы, общественники-экологи. Разве не пытались мы провести анализы вод в колодцах, реках, источниках и водоемах? Что мы слышали в ответ от чиновников той же СЭС? Нам через губу говорили, мол, а у вас сертифицированные приборы? А поверенные? А где протоколы дезинфекции рук перед взятием проб на бак-показатели (это я утрирую)? А когда мы измеряли срубленные деревья, разве официальные органы не требовали, чтобы линейка, использовавшаяся в работе, была сертифицирована и поверена? А когда члены нашей общественной организации находили радиационно загрязненные участки, пользуясь приборами, сертифицированными в ЕС, разве не говорили им чиновники, глумливо улыбаясь, мол, «меряйте этой техникой в Европе, а у нас, в независимой Украине, она не сертифицирована…» А почему же при измерениях по заказу компании «Шелл» этих вопросов не задает никто, а все контролирующие структуры только благоговейно улыбаются, глядя на используемые Саймоном приборы явно неотечественного вида? А почему не шлют его, как нас, поверять суперсовременные рулетки да толщиномеры? Но это, так сказать, мелочи.

Саймон Лидделл

Рулетка Саймона (поверена ли у наших метрологов?)

Третью пробу начали брать в 12.13, закончили — в 12.30. Третью — в 12.43… В 15.14 мы заканчивали брать последнюю, 11-ю пробу из частных и общественных колодцев и скважин. А в 15.22 — приступили к взятию проб из поверхностных водоемов. Рядом с селом Веселым расположено три пруда (связанных между собой). Соответственно, было взято три пробы работниками СЭС. Какие пробы брал британский специалист — неизвестно. Где-то в середине дня он отделился от нас и действовал самостоятельно. В 16.10 мы отправились в Харьков, около 18.00 — оказались на улице Сумской. Никакие документы ни я, ни представительница «Всеукраинской экологической лиги» не подписывали, никаких комментариев у нас официально не спросили — попрощались и все. Предварительно сказав, что следующий подобный анализ планируется провести через полгода.

Один из домохозяев уже пожаловался на воздействие деятельности газодобывающей компании на воду в его колодце — после сейсмической геологоразведки, по его словам, уровень жидкости там резко упал. Кроме того, ряд домохозяев сообщили, что из-за засушливого лета количество и качество воды в их колодцах (скважинах) существенно снизились. Разумеется, оба эти факта нуждаются в дополнительном анализе.

Рекогносцировка

Никакого участия в кодировке проб ни коллективом СЭС, ни командой британской фирмы, мы, представители общественности, не принимали. Где-то ближе к концу дня Саймон показал нам журнал, в котором он фиксировал пробы, соответственно, заполненный малопонятными символами на английском языке. Никакой возможности запечатывать пробы (чтобы потом проверять целостность наших печатей перед их анализом в лаборатории) мы не имели (слишком разномастными и разнокалиберными они были). Идея проследить за пробами до лаборатории СЭС также не увенчалась успехом, так как около 14.00 нам сказали, что часть проб уже отправлена в Харьков. Смысла следить за временем подвоза остальных уже не было (для знатоков математики с 11.00 до 14.00 миновало 5 часов, путь до Харькова составляет минимум 2 часа…).

На месте фрекинга первыми страдают именно животные -- теряют шерсть. Будет жаль потерять такую красоту...

Выводы

Положительные:

1. Кампания «Шелл» одной из первых кампаний, реализующих экологически опасные проекты на Харьковщине, идет на открытый диалог с общественностью, сообщает о своих планах и намерениях, привлекает представителей общественности для оценки состояния окружающей среды до реализации проекта строительства, соглашается на общественный мониторинг своей деятельности. Больше того, сама выступает инициатором участия общественности, предоставляет транспорт, предупреждает о проведении соответствующих работ.

2. Кампания «Шелл» и привлеченные ею специалисты спокойно реагируют на участие общественности, несогласие с определенными действиями, иногда даже исправляют замеченные ошибки.

3. 6 сентября представители Харьковской областной СЭС и компании  «AECOM» вместе с гидрогеологами из Института телекоммуникаций и глобального информационного пространства НАНУ действительно брали пробы воды из домашних и уличных колодцев, скважин и открытых водоемов. То есть не играли в карты или боулинг, не играли в чехарду или квача, а ходили с емкостями по дворам и улицам и наполняли их.

4. Все пробы, взятые при нас, были отобраны действительно в селе Веселое (адреса у автора имеются, но из этических соображений я не буду их обнародовать), а не каком-то другом населенном пункте.

5. И СЭС и лондонская лаборатория обещают предоставить результаты анализов в течение месяца (плюс-минус неделя), а представители компании «Шелл» — раздать их местным жителям и передать общественности.

Пейзаж. В отдалении -- машина Саймона Лидделла, он проводит отбор проб воды в пруду

Отрицательные:

1. Представители общественности, присутствующие на мероприятии 6 сентября в селе Веселое, не могут свидетельствовать, что при отборе проб соблюдались методики отечественных и зарубежных ГОСТов и нормативных методических указаний, так как не знакомы с применяемыми обеими лабораториями методиками.

2. Представители общественности не могут свидетельствовать, что был соблюден временной и температурный режим при доставке проб о места отбора к лаборатории.

3. Представители общественности не могут свидетельствовать, что пробы после их погрузки и до доставки в лаборатории не открывались, их содержимое не заменялось/смешивалось с посторонними веществами.

4. Представители общественности не могут свидетельствовать о правильности/неправильности маркировки образцов, так как правила этой маркировки не были им рассказаны заранее.

5. Представители общественности не могут утверждать о справедливости и профессиональности определения мест для отбора проб, так как не участвовали в этой работе.

6. Представители общественности не могли повлиять на повышение качества отбора проб, количества отобранных образцов, изменение мест взятия проб и т.д.

7. Представители общественности не получили возможности проконтролировать ход проведения анализов в лабораториях.

Есть в этой картинке что-то не очень веселое...

Задачи на будущее:

Участие общественности — это не только залог общественного доверия к результатам анализов, но и еще один способ оценки качества проведения работ. Поэтому компания-заказчик исследований должна быть как никто другой заинтересована в участии общественности в контроле за проведением анализов грунтовых и поверхностных вод в районе предполагаемого строительства скважины для добычи газа. Общественные эксперты могут:

А). Предотвратить ошибку привлеченных специалистов, вызванную утомлением или другими факторами.

Б). Снизить риск фальсификации исследований по тем или иным причинам.

В). Повысить дисциплину как персонала, отбирающего пробы, так и персонала, занятого последующим анализом результатов.

Г). Предложить идеи по совершенствованию или улучшению методики работы, применению дополнительных мероприятий для повышения достоверности исследований.

Д). Предотвратить «конфликт стандартов», когда полученные иностранной лабораторией данные невозможно будет применить на практике в Украине из-за отсутствия аналогичных методик и нормативов.

Многое другое.

Это "Веселый" ДК. Не работает, по словам местных, уже очень давно.

Предложения:

  1. Считать проведенный 6 сентября отбор проб пробным, ознакомительным, состоявшимся без полноценного общественного контроля, лишь при частичном участии представителей общественности.
  2. Перед следующими заборами проб (не позднее, чем за неделю) провести семинар, с участием специалистов, задействованных в проведении соответствующих анализов, представителей компании «Шелл», как заказчика исследований, общественных активистов, выразивших желание участвовать в контроле за этой работой, а также всех заинтересованных сторон (организаций, предприятий, научных учреждений и т.д.). На этом семинаре следует а) выработать критерии участия общественности, б) обсудить методики отбора проб и дальнейшего проведения анализов, определить возможности и пути общественного контроля за качеством и объективностью исследований, в) проанализировать выявленные в ходе отбора проб 6 сентября ошибки и наметить пути их устранения, г) возможность расширения спектра анализа, а именно: проведения систематического анализа придонных илов водоемов, целевого проведения исследований присутствия в воде и илах вредных веществ, содержащихся в фрекинг-жидкости.
  3. Перспективным участием общественности следует считать: участие активистов НГО в выборе мест для отбора проб с учетом рельефа, гидрологических и гидрогеологических характеристик, экологических особенностей и ландшафта местности; участие общественников в кодировке проб для беспристрастности проведения анализов сотрудниками лаборатории с последующим раскрытием кодов после предоставления лабораториями результатов анализов; участие общественности в опечатывании проб специальными печатями/клеймами, целостность которых гарантирует корректность содержимого емкостей; участие общественности во встрече проб на территории лабораторий с целью проверки целостности печатей/клейм; возможность параллельного отбора представителями общественности проб для альтернативного анализа в независимой лаборатории; возможность ускорения процесса отбора проб за счет оптимизации действий всех участников работы и общественных наблюдателей; возможность общественности следить за выгрузкой/исследованием проб в лондонской лаборатории либо при помощи британских коллег из природоохранных НГО, либо — с использованием возможностей интернет-видеоконференции. Все эти направления должны быть обсуждены заранее, чтобы во время непосредственного отбора проб все делалось в автоматическом режиме, а не режиме обсуждений.
  4. Минимум за сутки до проведения отбора проб участники акции должны иметь возможность рекогносцировки на местности и промера/проверки неоперативных показателей (расстояний от колодцев до места предполагаемого строительства скважины, адресов объектов, их высоты над уровнем моря, координат, высоты стенок колодцев и т.д.), чтобы во время непосредственного отбора проб не тратить на это время.
  5. При выезде на место в день отбора проб у участников должен иметься четкий временной график работы, отклонения от которого были бы сразу же заметны. У каждого должен иметься планшет со всем необходимым (чтобы человек просто проставлял параметры в заранее отпечатанный формуляр, а не писал все с «нуля»). В протоколах забора проб должна быть графа для заполнения представителями общественности и место для замечаний и предложений активистов. В случае общественного кодирования, лист с кодами запечатывается при всех заинтересованных сторонах, на нем расписываются представители всех сторон, а затем он отдается на ответственное хранение представителям общественности. После получения последнего результата, он вскрывается в присутствии всех желающих и информация становится общеизвестной (за исключением адресов и фамилий конкретных граждан). В случае опечатывания проб, группа активистов «отправляет» опечатанные пробы в селе Веселом, а другая группа — ожидает в Харькове их прибытия и контролирует сохранность емкостей и печатей/пломб. В случае, если та или иная проба прибыла с повреждениями (распечатанной), общественность требует проведения повторного анализа/отнесения данной пробы к разряду недействительных.
  6. По результатам забора проб общественность составляет акт, в который вносит замеченные нарушения/ошибки или информацию об их отсутствии. Этот акт прилагается к результатам анализов.

Олег Перегон, «Зеленый фронт»

Оставить ответ

 

Вы можете использовать эти HTML тэги

<a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>